Решение Верховного суда США, который счел, что президент Дональд Трамп не имел права вводить большую часть пошлин в отношении других стран, используя положения Закона о международных чрезвычайных экономических полномочиях (International Emergency Economic Powers Act, IEEPA), лишает американского лидера «мощного рычага влияния» и подрывает его стратегию по выстраиванию международных отношений во время второго президентского срока, заявил в эфире телеканала РБК экономист Сергей Хестанов.
Решение затрагивает не все пошлины Трампа, оставляя в силе, например, те, которые введены в отношении стали и алюминия на основании других законов. Но вердикт суда касается тех пошлин, которые президент вводил в отношении в том числе Китая, Канады, Мексики, Индии.
Белый дом пока официально не комментировал решение Верховного суда, но источники CNN и NBC News сообщили, что Трамп назвал вердикт «позором». Ранее он публично предупреждал, США окажутся «в затруднительном положении», если Верховный суд отменит пошлины.
Для мировой экономики эффект от решения Верховного суда США будет «близким к нейтральности». «Воздействие тарифов Трампа, поскольку, собственно, суммы, которые были собраны относительно общего американского бюджета, достаточно скромные, они не слишком велики. Большая часть традиционных поставщиков просто уклонилась от тарифов путём перенаправления цепочек поставок в более дружелюбные юрисдикции, составила другие маршруты. Поэтому той катастрофы, которой ждали, когда тарифы вводились, не случилось», — указывает Хестанов.
По его словам, следует подождать дальнейших действий Белого дома, поскольку есть вероятность, что юристы Трампа найдут какой-то обходной путь, возможно, используя другие законодательные акты. «Поэтому тут, мне кажется, ещё рано считать, что эта интрига относительно тарифов Трампа завершилась», — добавил экономист.
Он обратил внимание на скромную реакцию рынков США на решение Верховного суда. «Та реакция, которая к настоящему моменту видна, указывает на то, что ни американский рынок акций, ни, что, наверное, даже более важно, рынок облигаций, не восприняли это решение как что-то судьбоносное», — заключает Хестанов.
